Понедельник, 21.09.2020, 04:10
Меню сайта
Форма входа
Категории фильмов
Категории раздела
Историческая основа фильма [76]
Узнай на основе каких исторических событий (битв, восстаний и т.д.) был снят фильм
О фильме [46]
Узнай больше о создании фильма.
Качаем мышцы [30]
Самый быстрый и верный способ накачать мышцы.
Поиск
Наш опрос
Кино. Мне больше нравиться смотреть...
Всего ответов: 65
Обои на рабочий стол
Реклама

Клуб пользователей Open Source Боевые искусства всего мира

Каталог статей о фильмах

Главная » Статьи » Историческая основа фильма

Историческая основа фильма "Великий полководец Георгий Жуков"

Историческая основа фильма "Великий полководец Георгий Жуков"

Жуков, Георгий Константинович



Георгий Константинович Жуков (19 ноября (1 декабря) 1896 — 18 июня 1974) — советский военачальник, Маршал Советского Союза (с 1943), министр обороны СССР (1955—1957). Многие считают Г. К. Жукова выдающимся[1][2], наиболее известным полководцем Великой Отечественной войны, с чьим именем связано большинство громких побед в войне[3]. Четырежды Герой Советского Союза, кавалер двух орденов «Победа», множества других советских и иностранных орденов и медалей.[4] В послевоенное время занимал пост Главкома сухопутных войск, командовал Одесским, затем Уральским военными округами. После смерти Сталина стал первым заместителем министра обороны СССР, а с 1955 по 1957 год — министром обороны СССР. В 1957 году исключен из состава ЦК партии, снят со всех постов в армии и в 1958 году отправлен в отставку.



Ранняя биография и Гражданская война

Георгий Константинович Жуков родился в деревне Стрелковка Калужской области в семье крестьянина Константина Артемьевича Жукова (1851—1921 гг.). После окончания трёх классов церковно-приходской школы (с похвальным листом) отдан в ученики в скорняжную мастерскую в Москве, одновременно закончил двухлетний курс городского училища (занимаясь по вечерам).


Унтер-офицер Георгий Жуков. 1916 г.
Призван в армию 7 августа 1915 года. После обучения на кавалерийского унтер-офицера в конце августа 1916 года попал на Юго-Западный фронт в 10-й Новгородский драгунский полк. За захват немецкого офицера награждён Георгиевским крестом 4-й степени. В октябре получил тяжёлую контузию, после которой, вследствие частичной потери слуха, направлен в запасной кавалерийский полк. За ранение в бою удостоился второго Георгиевского креста, на этот раз 3-й степени. После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в Москву, затем в деревню к родителям, где долго болел тифом.

В Красной Армии с августа 1918 года. Вступил 1 марта 1919 года в члены РКП(б). В Гражданскую войну в должности красноармейца сражался на Восточном, Западном и Южном фронтах против уральских казаков, под Царицыном, с войсками Деникина и Врангеля. В мае-июне 1919 года в составе 1-й Московской кавалерийской дивизии отправился на Урал, участвовал в боях с казаками в районе станции Шипово, в июне-августе того же года — в боях за Уральск, затем в боях в районе станции Владимировка и г. Николаевска. В сентябре-октябре 1919 участвует в боях под Царицыном, затем между Заплавным и Средней Ахтубой (рядом с нынешним г. Волжский), где был ранен осколками гранаты. После окончания Рязанских кавалерийских курсов осенью 1920 года назначен командиром взвода, затем эскадрона; в августе 1920 года принимал участие в боях с десантом Улагая под Екатеринодаром, в декабре 1920 — августе 1921 гг. участвует в подавлении крестьянского восстания на Тамбовщине («антоновщина»). Награждён в 1922 году орденом Красного Знамени за то, что:

«В бою под селом Вязовая Почта Тамбовской губернии 5 марта 1921 г., несмотря на атаки противника силой 1500—2000 сабель, он с эскадроном в течение 7 часов сдерживал натиск врага и, перейдя затем в контратаку, после 6 рукопашных схваток разбил банду.»[5]

Период Великой Отечественной войны

В годы Великой Отечественной войны (1941–1945) был членом Ставки Главного командования (с 23 июня 1941 г.), Ставки Верховного Командования (с 10 июля 1941 г.) , Ставки Верховного Главнокомандования (с 8 августа 1941 г.), с 19 июля 1941 г. - первый заместитель наркома обороны СССР, с 26 августа 1942 г. – заместитель Верховного Главнокомандующего, командовал фронтами (псевдонимы: Константинов, Юрьев, Жаров): Резервным, Ленинградским, Западным (одновременно был главкомом Западного направления), 1-м Украинским, 1-м Белорусским.

1941 год


Жуков в октябре 1941. Фото из газеты «Красная звезда», опубликовано по личному указанию Сталина.

22 июня 1941 года, после нападения Германии, Жуков подготовил Директивы № 2 (отпр. в 07:15) и № 3 (отпр. в 23:50) Наркома обороны (подписи Тимошенко и Жукова), в которых содержались приказы к отражению атак немецкой армии (Директива №2) и к решительному наступлению на немецкие войска (Директива №3). Неготовые к наступлению вследствие разгрома 22 июня войска Западного, Северо-Западного, Юго-Западного, Южного фронтов не смогли выполнить поставленные в Директивах задачи. Наступление 23-28 июня превратилось в серию неудачных контрударов, которые не привели к ожидаемым результатам. Войска Юго-Западного фронта, где сам Жуков с 23 июня находился в качестве представителя Ставки ГК, не окружили наступающие группировки, как предполагалось, хотя и сумели серьёзно замедлить продвижение немецких войск. Войска Западного и Северо-Западного фронтов при попытке нанесения контрударов понесли серьёзные потери, а Западный фронт вскоре был разгромлен.

В конце июля после ряда тяжелых поражений на Западном и Юго-Западном направлениях 29 июля 1941 года Жуков был смещен с должности Начальника Генерального Штаба РККА и назначен командующим Резервным фронтом. С 31 июля в должности командующего Резервного фронта продолжал начатые в июле 1941 г. (в рамках Смоленского сражения) советскими войсками малоуспешные контрудары, а затем провёл силами 24-й армии наступательную Ельнинскую операцию (30 августа – 8 сентября). Планировалось, что войска Красной Армии срежут немецкое вклинивание в советский фронт, образовавшееся по итогам Смоленского сражения, и окружат 8 дивизий противника. Хотя в ночь с 6 на 7 сентября, в условиях проливных дождей, немцы и успели отвести войска из мешка, Ельнинская операция стала первой наступательной операцией РККА в ходе ВОВ, в которой советское наступление не закончилось поражением, и в которой она отбросила противника на значительное расстояние. Потери советских войск в Ельнинской операции составили 31 853 человека из 103 200 участвовавших (31 % убитыми и ранеными).[13]


Одновременно с командованием Резервным фронтом Жуков 19 августа 1941 направил на имя Сталина телеграмму, в которой отметил, что немцы в ближайшее время могут повернуть свои силы с центрального направления на южное, с целью удара в тыл Юго-Западному фронту [14]. Немцы лишь 5—7 сентября 1941, т. е. через две-три недели после телеграммы Жукова, сами пришли к такому решению. С тем чтобы избежать разгрома ЮЗФ Жуков предлагал «как можно скорее собрать крепкую группировку в районе Глухов, Чернигов, Конотоп»[14]. Подобные меры предприняты не были, в результате чего Вермахт окружил и ликвидировал большую часть сил ЮЗФ в сентябре того же года.

После окончания Ельнинской операцией приказом от 11 сентября был назначен командующим Ленинградским фронтом, к обязанностям приступил с 14 сентября.[15] Руководство Вермахта приняло решение задушить Ленинград блокадой, избегая штурма и сохраняя войска для центрального направления, однако немецкое командование Группы армий «Север» под впечатлением успехов в Прибалтике и под Псковом попыталось 9 сентября осуществить захват города.[16] Под командованием генерала армии Жукова с 14 сентября по 6 октября войска Ленинградского фронта совместно с Балтийским флотом осуществляли оборону Ленинграда от Группы армий «Север» фельдмаршала Вильгельма фон Лееба. 21 сентября Гитлер издал директиву о переходе к осаде Ленинграда.

После стабилизации фронта под Ленинградом и начавшейся блокады города, Жуков был отозван на центральное направление советско-германского фронта (возглавил Резервный фронт с 8 октября и Западный фронт с 10 октября), где основная группировка советских войск, несмотря на численное превосходство над врагом, в конце сентября – первой половине октября была окружена и уничтожена немецкими войсками (16-я, 19-я, 20-я армии и армейская группа Болдина Западного фронта, 24-я и 32-я армии Резервного фронта и пр.). 13 октября немцы захватили Калугу,16 октября Калинин, 18 октября — Малоярославец. Несмотря на сложившееся неблагоприятное соотношение сил на фронте, Жукову уже к концу октября удалось остановить немецкое продвижение.

15 ноября Вермахт возобновил наступление на Москву, подойдя к столице на 28 км. Остановить продвижение немцев удалось рядом локальных контрударов. Соотношение сил в районе Москвы сложилось следующим образом: в составе Красной армии 1,1 млн. солдат и 774 танка против немецкой группы «Центр» с 1,7 млн. солдат и 1170 танков.[17] Тем не менее советское командование решило провести стратегическую наступательную операцию.

В ночь с 5 на 6 декабря началась Клинско-Солнечногорская наступательная операция войск правого крыла Западного фронта под командованием Жукова при поддержке левого крыла Калининского фронта под командованием Конева. Войска Западного фронта (при участии Калининского и др. фронтов) разгромили войска Группы армий «Центр» генерал-фельдмаршала фон Бока в ходе контрнаступления под Москвой (5 декабря 1941 — 7 января 1942 гг.) Потери советских войск составили 372 тыс. убитыми и раненными, или 37 % от численности войск в начале операции, что значительно ниже потерь, понесённых советскими войсками в ходе оборонительных боёв за Москву (30 сентября — 5 декабря 1941).[18] В результате успешного наступления была снята угроза Москве и Московскому промышленному району, линия фронта отодвинулась на запад на 100—250 км. Первое крупное поражение Вермахта во второй мировой войне оказало вдохновляющее моральное воздействие на народы антигитлеровской коалиции.

1942 год


В этот год Жуков осуществлял непосредственное командование советскими войсками в четырех крупных фронтовых наступательных операциях:
Московское контрнаступление (до 7 января 1942 г.);
Ржевско-Вяземская операция (8 января – 20 апреля 1942 г.);
Первая Ржевско-Сычёвская операция (30 июля – 23 августа 1942 г.);
Вторая Ржевско-Сычёвская операция – Операция «Марс» (25 ноября – 20 декабря 1942 г.)

Весьма значительные успехи советских войск под Москвой уже в январе 1942 начали постепенно сходить на нет из-за усилившегося сопротивления немецких войск. Несмотря на отсутствие подкреплений и недостаток боеприпасов Жуков развивал наступление на войска Вермахта, несколько оправившихся после разгрома под Москвой. Потери в относительно малорезультативной Ржевско-Вяземской операции составили 776 889 человек – 73,3 % от численности войск к началу операции[19].

В ходе Ржевско-Сычевской операции летом 1942 г. фронт противника снова устоял, советские войска продвинулись на 30?40 км. Эта операция не привела к оттоку немецких сил с южного направления советско-германского фронта, однако не была допущена и переброска на него дивизий Группы армий «Центр». Потери в операции составили 193 683 человека (56,1 % от первоначальной численности)[20]. Вот как оценивает это наступление немецкий генерал фон Типпельскирх:

«В начале августа сложилась очень тяжёлая обстановка [на ржевско-сычевском направлении]: русские едва не прорвали фронт. Прорыв удалось предотвратить только тем, что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже готовились к переброске на южный фронт, были задержаны и введены сначала для локализации прорыва, а затем и для контрудара. Тактический успех был на стороне немцев. Но русские, сковав такое большое количество немецких войск, принесли этим большую пользу своему главному фронту».[21]

Операция «Марс», проводившаяся синхронно с начальной фазой операции «Уран», не готовилась непосредственно Жуковым как командующим фронтом. В период её подготовки он находился как представитель Ставки ВГК на Сталинградском направлении. Однако координация усилий Западного фронта (командующий фронтом Конев) и Калининского фронта (командующий фронтом Пуркаев) в период операции была возложена именно на него. Операция была направлена на окружение и уничтожение 9-й полевой армии Вермахта, однако этой цели она не достигла. Потери советских войск в ней составили 215 тыс. убитыми, ранеными и пленными, 1 315 танков и САУ за 25 дней. Таким образом, удельные потери советских войск за один день боевых действий (8 666 человек и 52,6 танка) значительно превысили потери в Сталинградской наступательной операции (6 466 человек и 38,9 танков)[22]. В то же время она предотвратила переброску немецких резервов с центрального направления советско-германского фронта на южное, где они могли бы отрицательно повлиять на ход и исход Сталинградской битвы.

Кроме того, Жуков как представитель Ставки ВГК координировал удары армий Сталинградского фронта в междуречье Дона и Волги в первой половине сентября 1942 года, которые не достигли своих целей – прорыв фронта 14-го танкового корпуса 6-й армии Вермахта или отвлечение немецких сил из-под Сталинграда.

Кроме оперативной деятельности командующего, Жуков, согласно версии, выдвинутой им и Василевским в мемуарах, является также соавтором (вместе с Василевским) ключевого советского военного плана 1942 г. – плана стратегической операции «Уран», по разгрому немецких войск под Сталинградом. Изложенная Жуковым и Василевским версия подготовки операции не подтверждается фактами. Сам план, на котором, по версии Жукова и Василевского, стоят их и И.В. Сталина подписи по неизвестным причинам до сих пор не опубликован, несмотря на истечение срока давности.

1943 год

В течение 1943 года Жуков координировал действия фронтов в операции «Искра» при прорыве Ленинградской блокады (1943).

18 января Жукову первым в ходе войны было присвоено звание Маршала Советского Союза.

С 17 марта Жуков находился на белгородском направлении формирующейся Курской дуги (Воронежский фронт); по докладу Жукова на это направление были переброшены из резерва Ставки 21 А, 64 А и 1 ТА. К 21 марта наступление Манштейна было остановлено. 8 апреля 1943 г. Жуков направил Сталину доклад[23], в котором предположил, что противник попытается срезать Курский выступ, окружить и уничтожить расположенные на нем войска Центрального и Воронежского фронтов, сосредоточив для этого на флангах советской группировки 15–16 танковых дивизий (немцы сосредоточили 17 дивизий). Интересно, что в этот момент немецкое командование ещё не успело разработать план операции «Цитадель», основные положения которого предвосхитил Г. К. Жуков. Только через неделю, 15 апреля 1943 г., вышла соответствующая директива Гитлера. Также в этом докладе Жуков заявил, что:

«Переход наших войск в наступление в ближайшие дни с целью упреждения противника считаю нецелесообразным. Лучше будет, если мы измотаем противника на нашей обороне, выбьем его танки, а затем, введя свежие резервы, переходом в общее наступление окончательно добьём основную группировку противника.»

Таким образом, сама идея встретить противника в обороне, чтобы измотав его, перейти затем в наступление, предопределившая развёртывание Курской битвы, высказана Г. К. Жуковым за три месяца до начала битвы на Курской дуге (лето 1943), где и был сорван гитлеровский план «Цитадель» и разбиты войска генерал-фельдмаршалов Клюге и Манштейна.

Непосредственно Жуков (с 5 июля) в ходе оборонительного и наступательного этапов Курской битвы координировал действия Западного, Брянского, Степного и Воронежского фронтов. Особенно значимыми были его действия по координации усилий Воронежского и Степного фронтов в ходе операции «Полководец Румянцев». 25 августа[источник?], по окончании сражения, он был отозван в Москву.

По прибытии в тот же день в Ставку Жуков пробовал в осторожной форме высказать мнение о необходимости удара от Харькова к побережью Азовского моря с целью окружения и уничтожения значительной части Группы армий «Юг»[24]. Предложение не было одобрено И. В. Сталиным.

В конце августа–сентябре Жуков координировал действия Воронежского и Степного фронтов в ходе операций по преследованию противника, отходившего к Днепру. К концу сентября войска координируемых им фронтов форсировали Днепр на ряде участков, создав выгодные плацдармы для наступления.

12 октября – 23 декабря 1943 войска Воронежского фронта (переименованного 20 октября в 1-й Украинский) провели Киевскую наступательную операцию. В начале её советские войска пытались нанести главный удар с букринского плацдарма южнее Киева, где проще всего было сконцентрировать силы. Однако противник, хотя и уступавший по силам, стянул войска с второстепенных участков и остановил наступление советских войск. 25 октября – 3 ноября 3 гв. ТА генерала Рыбалко и 7-й артиллерийский корпус прорыва были скрытно выведены с букринского и переброшены на лютежский плацдарм (меньшего размера, к северу от Киева).

3 ноября был нанесён внезапный главный удар с лютежского плацдарма, и 6 ноября Киев был освобождён. Жуков в своих мемуарах называет себя в числе авторов этого смелого плана[25]. После войны Киевскую операцию «сократили» на 22 дня неудачных попыток прорыва с букринского плацдарма. Такой подход поддерживается Министерством обороны России в настоящее время[26], хотя Жуков об этих 22 днях неудачных наступательных действий не умалчивает[27]. До 23 декабря противник проводил сильнейшие контрудары (Киевская оборонительная операция), однако взять Киев вновь ему не удалось.

29 декабря началась Житомирско-Бердичевская операция 1-го Украинского фронта.

1944 год

В результате Житомирско-Бердичевской операции образовался Корсунь-Шевченковский выступ, который Жуков и Ватутин в докладе Сталину 11 января 1944 предложили срезать. В окружение попали 42 ак 1-й танковой армии и 11 ак 8-й армии: 6 дивизий и одна бригада. В процессе проведения операции генерал Конев, воспользовавшись удобным моментом[источник?], обвинил Жукова и Ватутина в бездеятельности в отношении окружённой немецкой группировки, что якобы ведёт к её прорыву из окружения, после чего внутренний фронт окружения был полностью передан Сталиным под его командование. Через некоторое время после этого часть немцев благополучно вырвалась из котла [28] [28]. Типпельскирх, Манштейн пишут, что вырвалось 30-32 тыс. человек. Мантштейн определяет первоначальную численность окруженных частей в 54000 чел., однако замечает, что не все тыловые части обоих немецких корпусов были окружены, т.е. в окружение попало менее 54000 чел.[28] Жуков пишет, что вырвались несколько танков и бронемашин с десантом. Конев говорит, что эвакуировали только командование и воздушным путем. Но Типпельскирх указывает на гибель командующего окруженной немецкой группировки [28]. Также во всех источниках, кроме Конева, подтверждается сам факт наземного прорыва немцев из котла. Этот эпизод дополнительно осложнил отношения Жукова и Конева. Почти сразу после окончания Корсунь-Шевченковской операции генерал армии Ватутин был смертельно ранен (29 февраля 1944 г.) оуновцами и скончался в госпитале. Сталин приказал Жукову возглавить 1-й Украинский фронт. Войска под его командованием в марте–апреле 1944 года провели наступательную Проскуровско-Черновицкую операцию и вышли к предгорьям Карпат.

10 апреля 1944 года Маршал Г. К. Жуков был удостоен высшей военной награды – ордена «Победа» за № 1.

Летом 1944 года Жуков координировал действия 1-го и 2-го Белорусских фронтов в операции «Багратион». Хорошо обеспеченная материально-техническими средствами операция завершилась успешно. Продвижение составило не 150–200 км, как планировалось, а 400–500 км. В ходе наступления Жуков выдвинул 8 июля 1944 (независимо от Василевского, предложившего такую же идею) предложение о переброске одной танковой армии с 1-го Украинского фронта, имевшего избыток сил и средств, в группу фронтов Василевского и на 2-й Белорусский фронт, с одновременным усилением этой группировки одной общевойсковой армией из резерва Ставки и рядом других частей, для внезапного удара на пока крайне слабо обороняемую Восточную Пруссию[29]. Однако идея была отвергнута. Как позже отмечал Г. К. Жуков:

«Думаю, что это была серьёзная ошибка Верховного, в последующем повлёкшая за собой необходимость проведения чрезвычайно сложной и кровопролитной Восточно-Прусской операции»[30]

В результате только в ходе Гумбиннен-Гольдапской наступательной операции (16–30 октября) советские войска потеряли 79 527 человек и в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции (13 января – 25 апреля) – ещё 584 778 человек, из них 126 464 безвозвратно, 3 525 танков и САУ, 1 644 орудий и миномётов, 1 450 боевых самолётов [31], что не полностью отражает все потери советских войск в боях за Восточную Пруссию.

В июле 1944 Жуков также координировал действия 1-го Украинского фронта, который наносил удары на Львовском, Рава-Русском и частью сил на Станиславском направлениях.

1945 год

Маршал Жуков на белом коне принимает Парад Победы

На заключительном этапе войны 1-й Белорусский фронт, руководимый маршалом Жуковым, провел совместно с 1-м Украинским под командованием Конева Висло-Одерскую операцию (12 января — 3 февраля 1945 года), в ходе которой советские войска освободили Варшаву (17 января 1945), рассекающим ударом разгромили группу армий «А» генерала фон Гарпе и фельдмаршала Ф. Шернера. Потери советских войск в этой операции составили 193215 человек.

Из этого числа 1-й Белорусский фронт (1028900 человек) потерял 77342 человек (7,5 %) [32], в то время 1-й Украинский (1083800 человек) потерял 115783 человек (10,7 %)[33], то есть в 1,5 раза больше.

Несмотря на то, что фронт Жукова перешел в наступление на два дня позже соседнего 1-го Украинского, темпы наступления 1-го Белорусского фронта настолько значительно превысили темпы наступления соседних двух фронтов,

Жуков принимает Парад Победы. Марка России к 50-летию парада

что это привело к оголению флангов на 100—150 км с севера и с юга от передовых частей фронта и вынужденному растяжению длины фронта.[28]

Именно этот фактор вынудил 1-й Белорусский фронт остановиться сразу после форсирования Одера, с тем, чтобы ликвидировать немецкую группировку в Померании на правом фланге (на севере) и защитить свой левый фланг от ударов из района Бреслау (совр. юг Польши).

10 февраля — 4 апреля правое крыло 1-го Белорусского фронта принял участие в Восточно-Померанской операции, потеряв при этом 52303 человек из 359600 (14,5 %) [34]. 2-й Белорусский фронт под командованием Рокоссовского потерял при этом 173389 из 560900 (30,9 %)[35].

1-й Белорусский фронт закончил войну участием в Берлинской операции, потеряв при этом 179490 человек из 908500 (19,7 %)[36], в то время как 1-й Украинский фронт потерял 113825 человек из 550900 (20,7 %)[37].

Таким образом, в ряде следовавших одна за другой стратегических операциях 1945 г. - Висло-Одерской, Восточно-Померанской и Берлинской - войска под командованием маршала Жукова теряли в процентном отношении меньшее количество солдат, чем соседние фронты.[38]

8 мая 1945 в 22:43 (9 мая 0:43 по московскому времени) в Карлсхорсте (Берлин) Жуков принял от гитлеровского генерал-фельдмаршала Вильгельма фон Кейтеля безоговорочную капитуляцию фашистской Германии и был назначен командующим группой советских войск в Германии.

24 июня 1945 маршал Жуков по поручению Сталина принял триумфальный Парад Победы в Москве, на котором к подножию Мавзолея были брошены 200 трофейных немецких знамен.

Период после Великой Отечественной войны

После окончания войны Жуков был назначен на пост Главнокомандующего Группой войск в Германии и находился в Берлине до марта 1946 года, затем назначен Главнокомандующим сухопутными войсками.


Почти сразу после нового назначения, Жуков был обвинён в незаконном присвоении трофеев и раздувании своих заслуг в деле разгрома Гитлера. Летом 1946 года состоялось заседание Главного Военного Совета, на котором разбиралось дело маршала Жукова по материалам допроса Главного маршала авиации А. А. Новикова, арестованного органами госбезопасности. На заседании практически все высшие военачальники за исключением начальника Главного управления кадров Ф. И. Голикова высказались в поддержку Жукова, члены Политбюро обвинили Жукова в бонапартизме. [39] В июне 1946 начато расследование по так называемому "трофейному делу". Материалы расследования, свидетельства указывали на вывоз Жуковым из Германии значительного количества мебели, произведений искусства и другого трофейного имущества в свое личное пользование. Так, у Жукова было изъято 17 золотых и 3 с драгоценными камнями часов, 15 золотых кулонов, свыше 4000 метров ткани, 323 меховых шкурки, 44 ковра и гобелена (вывезенных из дворцов Германии), 55 картин, 55 ящиков посуды, 20 охотничьих ружей и т. д. [40] Жуков писал по этому поводу в объяснительной записке на имя секретаря ЦК ВКП (б) Жданова:

«…Я признаю себя очень виноватым в том, что не сдал все это ненужное мне барахло куда-либо на склад, надеясь на то, что оно никому не нужно.
Я даю крепкую клятву большевика — не допускать подобных ошибок и глупостей.
Я уверен, что я еще нужен буду Родине, великому вождю т. Сталину и партии» [41]

Жуков был снят должности Главкома сухопутных войск и, согласно решению Военного Совета, назначен Командующим войсками Одесского (1946—48 гг.) округа. В последующем командовал Уральским военным округом (1948—1953 гг.).

После смерти Сталина был назначен первым заместителем министра обороны СССР. Под руководством Никиты Хрущёва участвовал 26 июня 1953 в аресте Лаврентия Берии.

В 1954 году Жуков подготовил и провёл учения с применением ядерного оружия на Тоцком полигоне. В учениях участвовали не менее 45 тысяч солдат. Как солдаты, так и жители окрестных деревень получили большие дозы радиоактивного облучения. Некоторые считают, что на солдатах испытывалось действие ядерного оружия. Факт проведения испытаний не афишировался в советский период.

С 1955 по 1957 Жуков занимал пост Министра обороны СССР. В связи с 60-летием со дня рождения 1 декабря 1956 года Жуков награждён четвёртой медалью «Золотая Звезда» за № 1 [42] с вручением 4-го ордена Ленина (№ 276136).

29 октября 1957 Пленум ЦК КПСС посвящённый улучшению партийно-политической работы в СА и ВМФ постановил что Г. К. Жуков «нарушал ленинские, партийные принципы руководства Вооружёнными Силами, проводил линию на свёртывание работы партийных организаций, политорганов и Военных советов, на ликвидацию руководства и контроля над армией и Военно-морским Флотом со стороны партии, её ЦК и правительства…».[43] Этим же постановлением Жуков исключался из состава Президиума ЦК и ЦК КПСС, увольнялся с поста министра обороны.

В марте 1958 года Жуков уволен в отставку из-за разногласий с Первым секретарём ЦК КПСС Хрущёвым. После продолжительной изоляции в 1964 году с приходом к власти Л. И. Брежнева опала с Жукова была частично снята. В 1965 году он смог приступить к написанию труда «Воспоминаний и размышлений», работа над которым осложнялась вмешательством высших партийных органов в редактирование содержания.[44]

В 1967 году перенёс тяжёлый инсульт, но встал на ноги. В марте 1969 года после задержки[45] вышел в свет главный печатный труд Г. К. Жукова, «Воспоминания и размышления», изданный на 18 языках миллионными тиражами. Жуков приступил к редактированию и дописанию 2-го издания.

Скончался 18 июня 1974 года, пережив на полгода жену Галину Александровну. Был кремирован, прах помещён в урне в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.

Памяти Жукова
Государственные награды Российской Федерации имени полководца: орден Жукова и медаль Жукова.
На родине полководца его имя носит город Жуков — административный центр Жуковского района Калужской области.
В 1995 году учреждена ежегодная Государственная премия Российской Федерации имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова за выдающиеся достижения в области военной науки и создания военной техники, а также за лучшие произведения литературы и искусства, посвящённые Великой Отечественной войне (закон от 19.05.1995 № 80-ФЗ).
Жукову установлены бронзовые бюсты и памятники в разных городах бывшего СССР. В 1995 году был установлен памятник на Манежной площади в Москве.

В честь Георгия Жукова названы: станция «Маршала Жукова» Харьковского метро, улицы во многих городах России и СНГ (проспекты в Москве, Харькове, Волгограде, С.-Петербурге).
Имя маршала присвоено Военной академии воздушно-космической обороны им. Жукова в Твери.
В честь маршала названа малая планета 2132 Zhukov, открытая в 1975 году.
Песня «Маршал Жуков и Победа». Музыка: Е. Колмановский. Слова: Е. Долматовский, 1982 г.

Критика Жукова

Константин Залесский считает, что в своих мемуарах Жуков преувеличивает свою роль в войне[46].

Ряд авторов отмечают жёсткость руководства Жукова. В частности, генерал-майор Григоренко в своём автобиографическом романе замечает, что Жуков «людей жалеть не умел»[47]. Российский историк Андрей Мерцалов утверждает, что «жесткий принцип достижения цели „любой ценой“, грубость, неоправданное упрямство, лживость и капризное поведение свойственны Жукову»[48].

На большие потери в военных действиях под руководством Жукова указывают: историк Борис Соколов, генерал-майор Григоренко. Григоренко пишет, что, несмотря на значительное превосходство Красной Армии в конфликте на Халхин-Голе, потери Красной армии превышали потери противника (25,5 против 20 тысяч человек соответственно). В своей книге Соколов приводит слова Григоренко о том, что Жуков «крайне жестко руководил войсками (на Халхин-Голе по его приказу без всяких оснований приговорены к расстрелу 17 старших офицеров, которые были спасены лишь благодаря вмешательству Григория Штерна).»[49].

Однако мнение о том, что Жуков был «мясником», равнодушно относился к людским потерям, противоречит приказам самого Жукова. Например, 27 января 1942 г. он пишет командующему 49-й армии следующее[50]:

Невыполнение задач 49-й армией, большие потери в личном составе объясняются исключительной личной виновностью командиров дивизий, до сих пор грубо нарушающих указание т. Сталина и [требование] приказа фронта о массировании артиллерии для прорыва, о тактике и технике наступления на оборону в населенных пунктах. Части 49-й армии много дней преступно ведут лобовые атаки на населенные пункты Костино, Острожное, Богданово, Потапово и, неся громадные потери, не имеют никакого успеха.

Каждому элементарно военнограмотному человеку должно быть понятно, что вышеуказанные села представляют очень выгодную и теплую оборонительную позицию. Местность перед селами — с полным обстрелом, и, несмотря на это, на одном и том же месте продолжаются преступно проводимые атаки, а как следствие тупости и недисциплинированности горе-организаторов, люди расплачиваются тысячами жизней, не принеся Родине пользы.

Если вы хотите, чтобы вас оставили в занимаемых должностях, я требую:

Прекратить преступные атаки в лоб населенного пункта; Прекратить атаки в лоб на высоты с хорошим обстрелом; Наступать только по оврагам, лесам и малообстреливаемой местности; Немедленно прорваться между населенными пунктами и, не задерживаясь на их окончательном овладении, завтра же захватить Слободу, Рассвет и вклиниться до Левшина.

Исполнение донести мне к 24.00 27.1

7 марта 1942 г. Захаркину:

Напрасно Вы думаете, что успехи достигаются человеческим мясом, успехи достигаются искусством ведения боя, воюют умением, а не жизнями людей.

А в приказе от 15 марта 1942 г. пишет:

В армиях Западного фронта за последнее время создалось совершенно недопустимое отношение к сбережению личного состава. Командармы, командиры соединений и частей, организуя бой, посылая людей на выполнение боевых задач, недостаточно ответственно подходя к сохранению бойцов и командиров, Ставка за последнее время Западному фронту дает пополнение больше других фронтов в 2—3 раза, но это пополнение при халатном, а иногда преступном отношении командиров частей к сбережению жизни и здоровья людей недопустимо быстро теряется и части вновь остаются в небольшом некомплекте.
Категория: Историческая основа фильма | Добавил: bull (08.05.2009)
Просмотров: 2505